В ПРЕДЫДУЩИХ СЕРИЯХ
Не борись с гравитацией, Тень. Мы - будущее.
- Они перепрограммируют реальность. - Это уже происходит?
Ты притворяешься, что не можешь поверить в невозможное.
- Ты все еще мой щеночек? - Нет.
Если все это настоящее, телевизоры разговаривают,
а из молотов течет кровь,
и если под нашим миром есть другой мир...
У нас нет ничего общего.
Вы говорите: «слияние». Я слышу: «война».
Я тебе не враг.
ПУТЬ В АМЕРИКУ
Аминь.
Встаньте.
Течение усилилось от утреннего дождя.
Река глубокая.
Если вы не умеете плавать, не ходите.
Понятно?
Пошли.
Держитесь ближе. Медленно и спокойно.
Жди здесь, пока мы все не перейдем.
Спасибо тебе, Господи, что ты дал мне этот шанс.
Ты спас меня.
Спасибо.
Как тебя зовут?
Ты уже знаешь мое имя.
Все назад...
ДА ПРИДЕТ ЦАРСТВИЕ ТВОЕ
Какого черта там случилось?
Мэрилин Монро влетает в гребаную комнату,
убивает всех копов и оставляет нас среди трупов.
Потом меня пронзает елка Чарли Брауна. Кто они такие?
Это трудно объяснить.
Ублюдок. Ты никогда не отвечаешь на вопросы.
Это неверный вопрос, Тень.
Правильный вопрос: «Что, по-твоему, ты видел?»
Я не знаю, во что верить.
Они убили этих полицейских.
Предупреждение для меня и жертвоприношение для них.
Жертвоприношение?
Как богу?
Что такое бог? Дано ли нам знать, что они существуют?
Если люди во что-то верят, значит, это настоящее.
Значит, мы знаем, что они существуют.
Так что появилось раньше: боги или те, кто в них верили?
Ладно, где все это было до того, как я встретил тебя?
На периферии, на внешней стороне.
Всегда есть окно, но люди боятся в него заглянуть.
Жить в тюрьме безопаснее.
Сейчас мы не в безопасности.
Нет, конечно.
Кто ты?
Если я скажу, ты мне не поверишь.
В кое-что я поверил.
Я видел свою жену.
Сегодня. Она...
Она ждала меня в номере.
Она вернулась... из мертвых.
Ну у твоей жены и характер! Видать, привыкла, что все идет, как ей хочется.
Она извинилась за свои поступки при жизни?
Вроде бы.
Твоя дражайшая покойница ушла, и я предлагаю сделать то же самое.
Может быть, она еще вернется. Может быть, надо подождать её.
Может быть, её здесь и не было.
Она была призраком? Тебе не кажется, что ты видел привидение?
Нет, она была твердой. Я прикасался к ней.
Она целовала меня.
Значит, тебе явилась мертвая жена. Ты испугался?
Да, немного.
Ты ни в чем этом не сомневаешься.
А я сомневаюсь во всем.
Я прожил достаточно, чтобы не думать, что кто мертв, тот мертв,
и что нет никаких промежуточных вариантов.
По моему опыту, мертвые редко возвращаются без цели.
Я не знаю, какова её цель.
Отпустить тебя. Садись в машину.
Ты видел наших преследователей и знаешь, на что они способны.
Можешь торчать тут сколько влезет, а я сваливаю.
Тень!
Черт!
Где моя машина?
Извините.
Где моя долбаная машина?
Полиция осматривала машину. Они думают, что она принадлежала покойнице.
Это правда. Я и есть та покойница.
- Где моя чертова машина? - Полиция забрала её.
Где полиция? Это же место преступления!
Они мертвы.
Впервые за несколько дней мне повезло.
Привет.
Полицейские мертвы? Все? Все полицейские мертвы?
Сегодня здесь был кое-кто похуже тебя.
- У тебя есть машина? - Да, есть.
Тогда, торопись, рыжий. Пошли.
Разве не милая?
- Которая из них твоя? - Выбирай любую.
Твою мать. Вон та.
Заведи её. Дальше я сама.
Без меня ты никуда не уедешь, мертвая жена,
пока та монета не вернется ко мне в карман.
Удачи.
Нет, эта.
С той противоугонной системой мне не справиться.
А эта мне как подруга.
Тогда угони мне другую машину.
Я не хочу ехать на старом сраном такси.
Я поведу. Садись сзади.
- Эта машина - параша. - Теперь это твоя параша, мертвая жена.
Я все посчитал. Тот факт, что ты манда,
поделить на то, что я могу получить нужную мне вещь только, если ты её отдашь,
равен тому, что ты отдашь её тогда, когда она тебе будет не нужна.
Как и моему приятелю Иисусу Христу, тебе нужно только одно...
...воскрешение.
Ты только что назвал Иисуса своим приятелем?
Я знаю одного парня, который может тебе помочь.
И кто этот парень?
Тот, кто умеет воскрешать мертвых без помощи зачарованной монетки.
И ты убедишь его вернуть меня к жизни?
Я бываю очень убедительным.
Черт.
Это и есть твое убеждение?
Потому что меня ты убедил только в том, что ты - засранец.
Я хочу уговорить тебя жить.
Жить по-настоящему, а не гнить заживо.
Потому что это долго не продлится, особенно, в такое жаркое лето.
Ты превратишься в суп, а суп не вернет тебе мужа,
хотя для этого его и варят.
Почему бы тебе не положить все это на весы и не взвесить?
Кто ты такой? В смысле, кто вы все такие?
Но сначала скажи, кто ты такой. Я серьезно, кто ты?
- Я лепрекон. - Ну, понятно.
- А теперь? - Нет!
Пожалуйста, не угоняйте мое такси.
Говоришь, ты лепрекон?
Да.
Ты никогда не встречал Джинна?
А ты что, ищешь Джинна?
Я уже несколько дней еду в сторону Мекки в поисках Джинна.
Огонь в глазах, дерьмо в голове?
Да. И нет. Возможно.
Моя удача в жопе. Мне лучше не садиться за руль.
Ладно. Я поведу.
Да. Ты врежешься в первое же дерево.
Отвези нас в Кентукки, и я скажу тебе, где найти Джинна.
Я скажу тебе, где найти целую кучу богов, полубогов и прочих,
всех до одного. Я скажу.
Когда мы приедем в Кентукки.
Ты запутался. Нет, я это вижу. Я тебя понимаю.
Обычно когда скорбь достигает стадии торга,
люди находят этот путь бесплодным и впадают в депрессию.
Но ты получил то, чего хотел, и теперь хочешь снова скорбеть.
Сам подумай.
Все восставшие мертвецы упрямы, как сволочи,
и не остановятся, пока не добьются своего.
Эй, я знаю заклинание, которое прогоняет скорбь.
Знаешь ли ты заклинание, которое останавливает кровотечение?
Знаю. А еще заклинание, которое может исцелить твою боль.
Я знаю заклинание, которое отражает оружие врагов.
Я знаю заклинание, которое исцеляет прикосновением.
Сейчас бы оно не помешало.
Что? Рана заражена?
В некотором смысле, да.
Ты, наверно, встречал в тюряге людей, которые смазывают заточку дерьмом
перед тем, как кого-то пырнуть. Это мы и имеем. Заточка с дерьмом.
Оно шевелится! Что это?
Мне нужен свет.
Придется немного поколдовать.
Извини за холодные руки.
Ты когда-нибудь ловил червей при помощи электрических разрядов?
Это то же самое.
Я чувствую, оно где-то здесь.
Вот так.
В человеческой голове всегда была дыра в форме бога.
Деревья заполнили её первыми.
Не смотри!
Мистер Вуд был деревом. Мистер Вуд был лесом.
Он был очень старым богом, который увидел кое-что новое.
Он увидел, как богобоязненное общество повернулось лицом к индустриализации.
И что же он сделал? Принес в жертву свои деревья. Он принес в жертву свой лес.
И он стал чем-то другим.
Оно ушло?
Ну, сейчас мы на стадии «время скажет» или «поживем-увидим».
Но чтобы тебе было легче, оно ушло.
Это какая-то херня.
Религия внушает страх перед богами даже бесстрашным,
а для этого нужен элемент какой-то херни.
Нью-Йорк пугал меня.
Я боялся черных, они на меня так смотрели.
Я боялся евреев,
которые ходили в черном, с бородами, шляпами и пейсами.
Меня пугало огромное количество людей всех сортов,
которые вышли на улицу из высокого грязного здания.
Я боялся ужасного движения на дорогах
и даже воздуха.
Теперь я боюсь.
А я боюсь, что ты никогда не заткнешь свой болтливый рот.
Я сижу здесь и трясусь от страха,
потому что я искренне боюсь, что ты никогда не заткнешься,
Ибрагим бен Ирем.
ВОДИТЕЛЬСКОЕ УДОСТОВЕРЕНИЕ
Кстати, кто такой Ибрагим бен Ирем? Потому что это не ты.
Наверно, Ибрагим выпрыгнул из машины, чтобы заткнуть твою пасть.
Ты убил Ибрагима? Я никому не скажу. Видел бы ты, что вытворила я.
- Ты его убил? - Нет.
Я никогда не встречал Ибрагима бен Ирема.
Должно быть, он, как и я, получил новую жизнь.
Меня зовут Салим... или звали Салим.
Не знаю, как меня теперь зовут.
Итак, ты получил новую жизнь, а что случилось со старой?
Ты послал к черту этих ублюдков и больше никогда их не видел?
Да. К черту этих ублюдков.
Да, вот это дух! К черту этих ублюдков.
Я только что осознала, что больше никогда не увижу свою мать.
Больше не услышу, как она назовет мое имя.
Больше не поем её еды.
И слава Богу.
Я не произношу имя Господа всуе.
Я буду благодарить Христа, когда этот воскреситель сделает свое вуду.
Может, заткнешься уже!
Это информация не для всех.
Ты не лепрекон?
Она лепре-манда.
Черт!
Если я еще раз услышу это слово, я тебе губы оторву.
Черт!
- Ты не против, если я закурю? - Лучше не надо.
Ты не очень возражаешь? А то сзади пахнет, будто кто-то насрал.
Там и вправду кто-то насрал.
Если тебе надо закурить, открой окно.
Ты умерла? От тебя пахнет смертью.
Хотя, может быть, это сигарета.
Это моя загробная жизнь, Салим-Не Салим.
Ты молилась о другой жизни?
О да, все свое детство.
В воскресной школе нас заставляли молиться.
Я сказала священнику, что я не умею.
Он сказал мне молиться о моей семье, и я молилась о том, чтобы её не стало...
или, чтобы произошел несчастный случай.
Он и случился.
И вот теперь мои молитвы были услышаны.
Я молю Бога не для того, чтобы о чем-то его попросить.
Я благодарю его за то, что он послал меня сюда.
В это время, в это место, где...
Я наконец-то узнал, что я должен делать.
Я молюсь о том, чтобы найти Джинна.
Он - моя загробная жизнь.
Я познал его.
Мы познали друг друга.
Теперь я хочу узнать больше.
Джинн побывал в твоей бутылке?
Ты потер её, чтобы его вызвать?
МИЛЛЕР, РИЧАРД
ВЕЛИЧАЙШЕМУ БОССУ В МИРЕ
Добро пожаловать в Вулкан, Вирджиния.
Где все?
ПРОСЬБА НЕ ХОДИТЬ С ОРУЖИЕМ НАГОЛО
В этом городе живут очень верные граждане.
Верные одной религии.
ВЕРА, СЕМЬЯ, СВОБОДА
Америка.
Их Америка.
В мире есть больше двух Америк.
Все, кто смотрит на Статую Свободы, видят у нее разные лица.
Даже если их видение не выдерживает критики.
Люди будут защищать тепло и безопасность, которые им дает Америка.
Они будут защищать её с оружием в руках.
Эти улицы означают одно из двух: здесь радиация или что-то подобное.
Похороны?
Скорее праздник или жертвоприношение.
Если я знаю моего друга, то кто-то угодил в жерло вулкана.
- Здесь было жертвоприношение? - Аварийные перила на заводе.
Два раза в год один сотрудник совершает прыжок.
Страховая компания говорит, что дешевле все уладить,
чем закрыть завод и сделать ремонт.
С таким же успехом можно сбрасывать их намеренно.
Это он. Во главе толпы.
Тот, за кем все следуют. Вулкан.
Это обойдется мне в бутылку сомы, но он пойдет с нами.
Расходитесь с миром.
На твоем месте я бы пошел укрытие.
Гримнир!
Боже правый, Святой Дух!
Как ты, старина?
Откуда ты выполз?
Играл в прятки.
Прятался от всем известных «их» и искал тебя.
Чего тебе от меня надо, папаша?
Мне нужно, чтобы ты верил в меня.
Я всегда верю.
Это мой человек, Тень Мун.
- Значит, это правда. - Что ты слышал?
Я слышал твое имя на ветру.
Ты хочешь начать войну, старый вояка?
Война уже идет, и мы проигрываем.
Ты и я, все мы, завоевываем Америку.
Они забирают мед у нас изо рта.
Мне меда хватает.
А остальным нет.
Тогда пойдем поедим.
Это не Кентукки. Где Кентукки?
Для тебя тут не лучшее освещение, дорогая.
И от тебя неважно пахнет.
- Что вам? - Southern Comfort и колу.
- Водку. - Будут какие-нибудь предпочтения?
Что-нибудь поближе к медицинскому спирту.
Кофе, пожалуйста. Черного.
Я принесу на столик.
Найди темный уголок против ветра.
Пытаешься пристыдить меня? У тебя ничего не выйдет.
Это из-за стыда мертвые встают только по ночам.
Мне нечего стыдиться.
Стыд, любитель Джиннов заставлял тебя сдерживать себя,
пока ты не переехал в Америку. И что ты знаешь о мертвых?
У меня был целый урок с гребаной старухой с косой,
так что кое-что я знаю.
В темноте, если надо, легче сойти за живую.
- Ты сойдешь только за мертвую. - И хорошо.
Нет. Тебе ни к чему излишнее внимание.
По-моему, это тебе ни к чему лишнее внимание.
Потому что мне ничуть не стыдно.
Ты умерла в Индиане, мертвая жена. Что ты здесь делаешь?
Ностальгия?
Не ты ли сказала: «К черту этих ублюдков»?
А теперь ты показываешь им свою рожу.
В этой жизни твое сердце уже не бьется, мертвая жена.
Эта жизнь кончилась.
После смерти у меня лишь раз билось сердце.
Когда я целовала Тень.
Он не должен из-за этого мучиться.
Ты так волнуешься, что ты жива, но для него ты уже умерла.
Постой...
- Ты его целовала? - Я же только что сказала.
- Совала язык ему в рот? - Только кончик.
Он был холодный? И сухой?
- Наверно. - У него был вкус сигарет и рвоты?
Я курила.
Может быть, я дала маху с поцелуем.
Надо было пожевать жвачку с ментолом.
Да, или Тик-Так.
Если у него были сомнения, что ты умерла, тот поцелуй прогнал их прочь.
Смерть разлучила вас. Пойми уже.
- Чего тут понимать? - Он ушел.
Твой муж почувствовал вкус смерти у тебя на языке и ушел.
Он уже не твой.
Он человек Среды. Я видел, как все было.
Вон там, за тем столиком.
Там он выпил последний стакан чертовой медовухи
и заключил сделку с самим дьяволом.
Твой засранец-муж обрел новую жизнь.
Почему бы и тебе её не обрести?
Он обрел новую жизнь. Он не оглядывается назад.
И да, и нет.
Тень снова пробудил мое сердце.
Почему мужчины любят анальный секс?
Потому что его не любят женщины. В отличие Ибрагима бен Ирема.
Он обожает, когда к нему входят через заднюю дверь.
Но твоя любовь, мертвая жена, самая извращенная из всех.
Можно любить кого-то, даже если ты ему не нравишься.
Даже если этот кто-то не хочет, чтобы его любили.
Вот тебе глубокая мудрость.
Завернутая в забавную сексуальную метафору.
Не знаю.
Мне нравится анальный секс.
Старое дерево для повешения. Тебе нравится?
Нет.
Добрый вечер.
У Бетти новые ботинки.
Оставайтесь, сколько влезет. Здесь вы в безопасности.
- Нам пора уезжать. - Чепуха! Вам здесь понравится.
Как и всем остальным.
Люди хорошо себя ведут, когда за ними следят.
Они любят, когда за ними следят.
Кто-то следит. Кто-то всегда следит.
Как ты стал богом своей маленькой вселенной?
Жертвоприношение.
Прошу вас, присаживайтесь. Выпейте.
Моя Сома недостаточно хороша?
Винный погреб сейчас переполнен.
- Это не для тебя. - Он...
Все благодаря аварийным перилам?
Ты сам не чужд жертвоприношений.
Они уже не приносят жертвы. Во всяком случае, мне.
Если они не приносят тебе жертвы, ты можешь принести в жертву самого себя.
Ты это уже делал.
И мир открылся мне.
А потом закрылся.
Ты когда-нибудь видел повешенного, Тень?
Как он бьется и задыхается.
Да.
Тогда ты знаешь, какой это ужасный способ найти веру.
Вера не должна заставлять человека висеть.
- Я распространил свою веру. - Распространил?
Ты то, чему ты поклоняешься.
Бог вулканов.
Мои последователи держат в своих руках вулканы.
Они полны молитв... в мою честь.
Сила огня - это огневая мощь.
Это не Бог.
Но похоже на Бога.
И они верят.
Он наполняет их души, когда они нажимают на курок.
Они чувствуют мой жар у бедра, и он согревает их по ночам.
Боже благослови верующих.
Пойдем со мной в Висконсин.
Встань со мной, и пусть мир снова откроется нам.
Я только ждал твоего сигнала.
Когда мы отправимся?
Когда ты выкуешь мне клинок в жаре своего вулкана.
Когда мы встанем вместе, он должен быть у моего бедра.
Я сделаю тебе клинок, достойный бога.
Ты ему доверяешь?
Я знаю, кто он. И кем он был всегда.
На него можно положиться.
Ты не говорил ему, что меня линчевали?
Мне это и в голову не приходило.
Потому что он знал, что я висел на дереве.
Как и те, кто тебя повесил.
Это личное оскорбление тебе.
На этом личные оскорбления не закончились.
Я собирался ответить ему тем же,
и мой друг собирается мне в этом помочь.
- Ты скажешь мне, что это? - Когда ты будешь готов.
Сейчас ты не здесь, ты отвлекся. Интересно, почему.
- Лора. - Ты потерял её дважды.
Когда ты думаешь о ней, Тень, открывается ли в твоей душе окно?
Закрой глаза.
Ты её видишь? Где она?
Она в Индиане.
Перед домом своей матери.
Она стоит на холоде, но она его не чувствует.
Или, может быть, только его она сейчас и чувствует.
Она стоит у окна, но оно не запотевает от её дыхания.
Она наблюдает за своей семьей.
Они её не видят.
Но ты её видишь, Тень, видишь?
Вопрос в том...
можешь ли ты дать ей угаснуть?
- Езжай. - К черту этих ублюдков.
К черту этих ублюдков.
НЕ ПРИ ИСПОЛНЕНИИ
Твои руки не утратили свое мастерство.
Надо было сделать тебе пистолет. Его можно носить на бедре.
Оружие, сделанное машиной? Раньше ты все делал руками.
Ремесло, а не производство. Вот это ремесло.
Лучшим мечом можно было резать глотки
до самой смерти твоих внуков,
и он проливал меньше крови, чем пистолет за день.
Тебе приносят кровавые жертвы. Кровь, пролитая пулями.
Тебе бы тоже не помешали кровавые жертвы.
Зачем ты занялся этим делом?
У тебя есть свое дело, и я хочу, чтобы оно было у каждого.
Это кажется правильным.
Тебе.
Ты сказал им, что мы были здесь?
Да.
Они идут?
О да.
Ты сдал нас.
Значит, ты не присоединишься к нам в Висконсине?
Мне посоветовали занять нейтральную позицию.
Тот, кто нейтрален перед лицом несправедливости, помогает угнетателям.
Они... Они не угнетатели.
Они - прилив. Они - гравитация.
Ты видел, кем я был.
Я был забытой историей.
А они дали мне оружие.
Они вернули мне власть, и надо сказать, она мне нравится.
Каждый выстрел в кинотеатре - молитва в мою честь.
И от этой молитвы они хотят молиться еще сильнее.
Вот как ты распространил свою веру.
Мне не нужно, чтобы моя религия была моральная.
И моралистическим и материалистическим религиям
нужны мученики.
Это и есть твоя роль. Мученик.
Нет. Она твоя, дружище.
Ты поклялся мне в верности и выковал для меня клинок.
И за это они тебя убили.
Срань господня.
Что ты наделал? Черт, что ты наделал?
Что ты делаешь?
Накладываю проклятье.
Я проклинаю все это дерьмо.
Аллах Акбар. Бог велик.
Жизнь прекрасна, Салим-Не Салим.
Жизнь прекрасна.